Вы здесь

Без гнева и пристрастия. Глава 13 (А. Я. Степанов, 2006)

×

Сообщение об ошибке

Warning: fopen(/var/www/mnogoslov/data/www/xn--b1abycfgbbz.xn--p1ai/sites/default/files/.ht.filecache/sites_default_cache_block/search_api_page@word_search@slovo_drupal@ru@r.1@https@==xn--b1abycfgbbz.xn--p1ai=%25D0%25B1%25D0%25B8%25D0%25B1%25D0%25BB%25D0%25B8%25D0%25BE%25D1%2582%25D0%25B5%25D0,f49de11ddd40a8406216e3ea81097297): failed to open stream: No space left on device в функции DrupalFileCache->set() (строка 341 в файле /var/www/mnogoslov/data/www/xn--b1abycfgbbz.xn--p1ai/sites/all/modules/filecache/filecache.inc).

Глава 13

Он опять сидел в комнате без окон на вертящемся канцелярском кресле. Но уже не перед зеркальной стеной (ее в темноте особо и видно не было), а перед сияющим экраном телевизора, на котором замерла яркая картинка. На картине была Красная площадь.

Голос. Почему я вам показываю эту картинку?

Он. А кто вас знает!

Голос. Но все-таки?

Он. Как сказал великий пролетарский поэт: «Всем известно, что земля начинается с Кремля».

Голос. Допустим.

Он (опережая). Только не надо меня спрашивать, сколько башен у Кремля и как они называются, как и когда построен Мавзолей, сколько ступенек ведут к мумии Ильича и что было на месте нынешнего ГУМа. Все равно не отвечу, потому что не знаю.

Голос. Вы опередили меня, и я, должен признать, удовлетворен. Тот, кто знает вопросы, обязательно старается найти ответы на них. И обязательно находит.

Он. Скучно мне с вами. Может, кино покажете?

Голос. Покажу. Сверхкороткометражный фильм. На десять секунд. Смотрите его внимательно, очень внимательно.

Черные в основном пиджаки, галстуки-бабочки, через раз дамские обнаженные плечи, блюда с канапе, бокалы с разноцветными напитками, гул перемещений и разговоров. И улыбки, обаятельные улыбки тех, кто заметил камеру…

Десять секунд прошло, кино кончилось. На зеленом фоне – большой вопросительный знак. Такая вот заставка.

Голос. Кого вы узнали в этом фильме?

Он. Так сказать, действующие лица и исполнители…

Голос. Действующие лица, они же исполнители. Начинайте.

Он. Перво-наперво артист Борис Хмельницкий.

Голос. Почему именно он – перво-наперво? Чем он вызывает ваш повышенный интерес?

Он. Каждый раз, смотря по телевизору очередную презентацию, я надеюсь, что на этот раз не увижу артиста Бориса Хмельницкого. Но надежда никогда не оправдывается.

Голос. Дальше. Лучше в том порядке, в котором они появлялись на экране.

Он. Политик-теоретик. Милиционер. Киночеловек неуловимой профессии Гусман. Артист Абдулов. Жириновский…

Голос. Без указания рода профессиональных занятий?

Он. А каков род его занятий? Его профессия – быть Жириновским.

Голос. Дальше.

Он. Вы меня нарочно отвлекаете, чтобы я кого-нибудь пропустил?

Голос. Дальше.

Он. Топтун Коржаков. Режиссер Марк Захаров. Экономист Гайдар. Кинорежиссер Соловьев. Артист Янковский. Певица Долина.

Голос. Вы не назвали никого из молодых киноактрис.

Он. Я плохо знаком с сегодняшним кино и, наверное, поэтому их не знаю.

Голос. Теперь подумайте над вопросом: по какому поводу проводилась эта презентация?

Он. Судя по широкому охвату и беспринципной разношерстности, это сборище, скорее всего, посвящено какому-нибудь событию в мире искусств. Одному из кинофестивалей, например.

Голос. Вы угадали.

Он. Я не угадал. Я додумался.

Голос. Ваш словарный запас, умение точно выстроить фразу, безукоризненная реакция в любой полемике на выпад, ловкость, с которой вы наносите ответный выпад, – все это на порядок выше среднеофицерского уровня. Вы занимаетесь самообразованием?

Он. Я из интеллигентной семьи.

Голос. И это, безусловно, одно из главных ваших достоинств.

Он. Не мое. Родителей.

Голос. И у замечательных родителей бывают скверные дети.

Он. Я как раз из таких. Поступил против их воли, став военным.

Голос. Сейчас я покажу вам несколько портретов. Они, как и только что увиденный фильм, будут на экране десять секунд каждый. За эти секунды постарайтесь если не охарактеризовать персонажи, то хотя бы выразить к ним ваше отношение. Начнем?

Он. Начнем. Наконец-то нечто забавное.

Голос. После каждого вашего ответа – пауза, время которой можете определять вы.

Вместо вопросительного знака – личико ехидного, уже немолодого ангела. Немцов.

Он. Слишком кудряв, чтобы быть серьезным политиком. Успел?

Голос. Даже с «Успел» всего лишь пять секунд.

Лужков в кожаной кепке.

Он. Плешивый Наполеон из Марьиной Рощи.

Голос. Вы даже слишком кратки. Можете подробнее.

Благородная седина и шикарные усы Руцкого.

Он. Герой Советского Союза. Удивительный герой. Во время Великой Отечественной летчикам звание Героя давали за то, что они сбивали самолеты врага. А он умудрился получить это звание за то, что его дважды сбили.

Голос. Передохните.

Он. Дальше, дальше. Азартно, как при стендовой стрельбе по тарелочкам.

Голос. Что ж, продолжайте отстрел.

Зюганов.

Он. Коммунист, верный ученик Брежнева. Без комментариев.

Надменное, гордое лицо Явлинского.

Он. Похож на злобную интеллектуально развитую жабу. Самоуважения титанического, как говаривал все тот же Маяковский.

Громов.

Он. По отношению к старшим по званию стараюсь грубо не выражаться.

Аскет и борец за идею Марков.

Он. Меня в последнее время чрезвычайно интересует одна тенденция в нашей политической жизни: бескорыстно рвутся спасать русский народ от капитализма, сионизма, морального растления те, кто во вполне обозримом прошлом, старательно и с удовольствием унижая, изничтожали его нравственно, присвоив ему веселое звание советского, и через обильные потери, эдак по-простому – физически. Верные идеалам Сталина, коммунисты, старательные гэбисты… Но зачем вы мне показываете Маркова? Он – не претендент.

Голос. На что?

Он. Дядя, перебор. Нельзя прикидываться столь наивным. На президентское кресло, естественно.

Голос. Почему?

Он. Его уничтожил кондовый мент одной фразой.

Голос. Каким образом Марков может спасти положение?

Он. Выдумать свою фразу, шикарно и остроумно убивающую фразу мента.

Голос. Вы сегодня в ударе.

Он. До того, что вы и не заметили моей промашки: говоря о Маркове, я не уложился в отведенные десять секунд.

Голос. Вы можете самому себе объяснить смысл и результат этой части сегодняшнего нашего разговора?

Он. Части… Значит, будет продолжение?

Голос. При вашей догадливости беседа наша лишается подготовительных и объясняющих мостиков и предельно сокращается. Да, продолжение будет. После того как вы оцените уже завершившуюся часть разговора.

Он. С удовольствием.

Погас экран телевизора, и, постепенно увеличиваясь в яркости, появился ровный, не слепящий глаза свет. И зеркальное отражение заметно проявилось.

Он ободряюще подмигнул своему альтер-эго.

Он. Сегодня нам, Вася, незаметно и умело льстили. Так сказать, проверка на павлиний хвост. Распустим его и будем им любоваться, любоваться, любоваться… Поначалу, на минутку, провокация эта даже удалась: я с твоего согласия распахнул было длинные перья, но вовремя опомнился. А ожидаемого эффекта не было. Мы с тобой ограничились одномоментной демонстрацией разноцветного веера. Вас устраивает резюме?

Голос. Вполне. Продолжим?